Сенека, «Нравственные Письма к Луцилию», Письмо 28, О Странствиях, Суете и Самоанализе…

Сенека, "Нравственные Письма к Луцилию", Письмо 28, О Странствиях, Суете и Самоанализе…

Сенека приветствует Луцилия!

Ты полагаешь, будто ни с кем, кроме тебя такого не бывало, и, словно делу невиданному, удивляешься тому, что и долгое странствие, и перемена мест не рассеяли твоей тоски и угнетенности духа. Но менять надо не небо, а душу! Пусть бы ты уехал за широкие моря, пусть бы, как говорит наш Вергилий: «города и берег исчезли», — за тобою везде, куда бы ты ни приехал, последуют и твои пороки.

То же самое ответил на чей-то вопрос и Сократ:

«Странно ли, что тебе нет никакой пользы от странствий, если ты повсюду таскаешь самого себя?»

Та же причина, что погнала тебя в путь, гонится за тобою. Что толку искать новых мест, впервые видеть города и страны? Сколько не разъезжай, все пропадет впустую. Ты спросишь, почему невозможно спастись бегством? От себя не убежишь! Надо сбросить с души ее груз, а до того ни одно место тебе не понравится.

Пойми, ты теперь в таком же состоянии, как та пророчица, которую наш Вергилий изобразил исступленной и воспламененной чужим духом, почти уже овладевшим ею:

«Точно вакханка, она по пещере мечется, будто Бога может изгнать из сердца»

И ты мечешься туда и сюда, чтобы сбросить давящее бремя, а оно, чем больше ты скитаешься, тем делается тягостнее. Так менее тяже для корабля груз, закрепленный неподвижно, а груз, наваленный неравномерно, перевешивает на один борт и скорее топит судно. Что бы ты ни делал, все обернется против тебя, самими разъездами ты вредишь себе: ведь больному не даешь ты покоя.

Зато когда избудешь эту беду, всякая перемена мест станет тебе приятна. Пусть тебя сошлют на край земли, пусть заставят жить в любой глуши у варваров — такое пристанище, вопреки всему, окажется для тебя гостеприимным. Важно, каким ты приезжаешь, а не куда приезжаешь, — и поэтому ни к одному месту не должны мы привязываться всей душой. Надо жить с таким убеждением:

«Не для одного уголка я рожден: весь мир мне отчизна»

Будь тебе это ясно, ты не стал бы удивляться, что не помогает новизна мест, когда ты, наскучив одной страной, перебираешься в другую: ведь и первая пришлась бы тебе по душе, если б ты все считал своим. А сейчас ты не путешествуешь, но скитаешься и мечешься, гонимый с место на место поисками того, что есть везде: ведь всюду нам дано жить правильно.

Есть ли что суетливей форума? Но и там можно жить спокойно, если деться некуда. Хотя, если б можно было располагать собою, я бежал бы от одного вида, не то что от соседства форума: как есть гиблые места, подтачивающие самое крепкое здоровье, так есть места вредные для тех, чей дух хотя и благороден, но еще не совершенен и до конца не излечен.

Я не согласен с теми, кто бросается в волны и, любя жизнь беспокойную, каждый день мужественно сражается с трудностями. Мудрый терпит такую участь, но не выбирает ее и предпочитает мир сражению. Мало пользы избавиться от своих пороков, если приходится спорить с чужими!

— «Тридцать тиранов1 окружали Сократа — и не сломили его мужества» — Разве дело в том, сколько господ? Рабство всегда одно! Кто его презрел, тот и в толпе повелителей будет свободен.

Пора заканчивать письмо, но прежде надо заплатить пошлину.

«Знать свой изъян — первый шаг к здоровью»

— По-моему, замечательны эти слова Эпикура. Ведь кто не знает за собой изъяна, тот не желает его искоренить. Сперва следует изобличить себя, потом исправляться. А те, которые хвалятся пороками, — неужели, по-твоему, думают они о лекарствах, если считают свои грехи добродетелями? Поэтому, сколько можешь, сам себя выводи на чистую воду, ищи против себя улик! Сначала выступи обвинителем, потом — судьей и только под конец — ходатаем. Иногда стоит самому себе быть обидчиком!

Будь здоров.

Сенека, «Нравственные Письма к Луцилию», Письмо 29, О Мудрости, Обучении и Признании…

Сенека, «Нравственные Письма к Луцилию», Содержание

Избранные Цитаты Сенеки

Примечания:

1. Тридцать тиранов — олигархическая клика, захватившая власть в побежденных Спартой Афинах (404-403 гг. до н.э.). Хотя во главе их стоял ученик Сократа Критий, философ резко нападал на них, за что те ему пытались запретить вести его обычные беседы с гражданами.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *